Страна, у которой нет будущего

По мнению правительства, в России растет экономика и наращивается инфраструктура. Если километраж отремонтированных дорог увеличивается, то с первым происходит странное: товары ради обогащения многочисленных подрядчиков перевозятся с места на место за тысячи километров, а в регионах-донорах не развиты перерабатывающие предприятия продуктов питания. Доходит до абсурда, когда рыбу из Мурманска увозят на консервные заводы Петербурга, чтобы затем отправить в столицу Арктики. «Каспаров.Ru» пообщался с двумя грузоперевозчиками. Выходцы из глубинки перебрались за лучшей жизнью в мегаполисы; они сталкивались с произволом силовых органов и нанимателей фур, и так и не увидели прогресса в стране.

Илья – дальнобойщик и владелец фирмы грузоперевозок, Санкт-Петербург:

Рыба с севера на юг и обратно

Я много лет перевожу грузы по всей стране: от Петербурга до Мурманска и Дальнего Востока. Все, что я вижу – это то, что наша пищевая промышленность находится в абсурдном и деградирующем состоянии. Мясо, рыба, фрукты и овощи кочуют из региона происхождения за тысячи километров в другой регион, только ради упаковки или переработки, чтобы затем приехать «домой». Я «таскал» помидоры из Кубани в Москву – столица изготавливает консервы, которые возвращаются в Краснодарский край. Зачем? Трудно на Кубани по банкам помидоры закатать? Нет, – но это выгодно крупным производителям и бесконечной сети подрядчиков. Фуру с овощами могут отправить просто ради их сортировки, и вернуть обратно.

ЧИТАЙТЕ: Два шага до завершения войны: Кравчук поразил признанием

Звучит уже невероятно – но с питерских заводов мы возим в Мурманск консервы из рыбы, которую выловили в Баренцевом море мурманские рыбаки. А перед этим из Мурманска в Петербург едет эта же рыба, но еще замороженная. Такой вот круговорот рыбы, из-за нежелания крупного бизнеса и чиновников развивать нормальную логистику по переработке улова на месте. В Мурманске практически не консервируется и не коптится рыба, которая, к тому же, в местных магазинах стоит ощутимо дороже, чем в Москве. Мороженая мурманская скумбрия фасуется для «Ашана» в Калужской области.

Примеров много. Хваленная норвежская семга на самом деле ловится россиянами в наших водах. Владельцам рыболовных компаний невыгодно сдавать улов на переработку в России, и в итоге, рыбу выгружают вместо Мурманска в Норвегии. Норги (так на северо-западе России называют норвежцев) отправляют нам для прилавков уже очищенную и упакованную в вакуум семгу.

Или возьмем малоизвестные потребителю наши отношения с Финляндией. На прилавках российских магазинов есть варенье и джемы из «экологически чистых финских ягод». Только вот ягода: морошка, клюква, голубика, собираются нашими людьми за копейки в Карелии и Заполярье, и оптом уходит через границу на финские заводы. Потом финны нам продают «элитное» варенье. Открывать перерабатывающие предприятия в этих двух богатейших ягодами регионах, откуда от безысходности бегут люди, у нас не торопятся: главное – получить деньги, и все.

Сетевые магазины: чужие товары и долги

Покрывшие всю страну сетевые магазины – это мыльные пузыри. Я как-то работал с «M» (сеть «элитных» магазинов): за несколько месяцев «элитная» сеть задолжала моей фирме почти два миллиона рублей, а ведь помимо меня, они нанимали и других грузоперевозчиков. Да, – это сеть супермаркетов с дорогим ассортиментом, но вот денег, чтобы заплатить людям, у них нет. А сами перевозки устраивались через фирму-подрядчика, в которой регулярно менялось руководство. Я несколько месяцев по телефону договаривался о выплате долга – директор часами обсуждал, как он готов «решить вопрос» при личной встрече, но категорически не хотел пересекаться. Деньги мне предлагали отдать с условием – отчисление НДС из моего, а не их кармана.

Многие популярные сетевые магазины – это только полки и управленцы. Там нет ничего своего: сети не приобретают товар для реализации, нет – они продают места на своих полках производителям. Минимум затрат и максимум выручки. И из-за этого в том же «Магните» товар вечно кочует по полкам, ведь самые дорогие и доходные места – это возле касс и на уровне глаз. Там лежит алкоголь, сладкое и разная ерунда подороже. Это психология – основной покупатель ходит в магазин за сигаретами, алкоголем и хлебом, а эти полки бросаются в глаза, и человек автоматом берет что-то. И из-за психологии человека в «Ашане» играет музыка – она расслабляет посетителей и мотивирует их легко расставаться с деньгами.

Насчет «Ашана». Этот сетевой флагман устроился лучше всех – у гипермаркета, фактически, даже своего персонала нет. Это посредник, если быть точным, и известная вывеска. Есть торговый зал, полки и менеджеры, которые управляют процессом. Персонал: кассиры, работники торгового зала и склада, уборщики и охранники – берутся в аренду у компаний, которые оптом набирают и дрессируют людей.

От таких дел в торговле меньше всего выигрывает производитель. Сети навязывают свои закупочные цены, и, завлекая людей, жонглируют акциями даже на товары, которые изготовителю невыгодно отпускать по скидкам. Например, одно из условий контракта с сетями – участие продукции в акциях, график которых расписывает магазин по своему усмотрению. Если ты отдаешь в сеть мороженую рыбу, а не копеечные полуфабрикаты, и из-за съедающей прибыль скидки уйдешь в этом месяце в минус – сеть это не волнует. А по-другому рыбу нигде уже не реализовать.

Агрессивные дураки на дорогах

Экономика страны в тупике, торговые сети и посредники наживаются на производителях, а менты, тем временем, остаются неизменными, они – одна из головных болей для грузоперевозчиков. Лично я – бывший сотрудник силовых органов находящихся в подчинении ФСБ, и в разговоре с не знающими законов гаишниками завожусь моментально. Специфика нашей полиции и дорожных инспекторов – они, изначально, подготовлены для «работы» с населением, и по умолчанию считают себя выше, а тебя – ниже, и не оценивают себя как защитников прав. Тебя норовят оштрафовать даже тогда, когда есть возможность провести разъяснительную беседу.

На Северном Кавказе, пока у тебя проверяют права на посту, омоновцы без разрешения водителя спокойно залезают в кузов и пытаются взломать пломбу на многомиллионном грузе, предназначенном Министерству здравоохранения для операций. И плевать, что он перевозится в специальном холодильнике с датчиками температуры. Еще и автоматами потрясают, хотя должны знать, что вскрытие производится только с участием понятых. Озвученный факт заставляет их немало удивиться.

О полномочиях и нормах законности никто в дорожной инспекции не думает, особенно молодые сотрудники, а когда начинаешь их игнорировать, оперируя законом, срываются на брань, орут и требуют сдать сотовый телефон, чтобы «проверить» на предмет кражи. Я в ответ, одному такому дурачку предложил мой тапок проверить. В Ленинградской области у Лодейного Поля, рядом с карельской границей, есть пост – там, ради отчетности, менты угрозами отправляют фуры на весовой контроль, хотя это не их полномочия. Встречал и такое, когда гаишники тормозили и предлагали подписать бумагу, не прописанную никакими нормами УПК, что я не перевожу наркотики и оружие – они очень удивлялись, когда я отказывался, и говорили, что я один такой.

Есть ли будущее?

Я родом из Южного Урала: зимой там трескучие морозы и ветра, а летом жарко даже в одних трусах. В промышленном городке, где я жил до призыва в армию, на комбинате когда-то трудились тысячи человек; в последний мой заезд на малую родину – едва 300 человек находили там работу. Учителя получают 5 тысяч рублей – как на эти деньги можно прожить? Недавно я грузился кабачковой икрой под Уфой – парни в цеху не видели зарплат уже полгода. И так на Урале повсеместно – в Оренбуржье и Башкирии люди бегут из районов в большие города или вербуются на вахты в Тюменскую область, из-за повальной нищеты и развала производства и инфраструктуры.

Крупный город как Оренбург, с его элитными новостройками, держится исключительно благодаря нефтегазовой отрасли. В Уфе, с ее многочисленными предприятиями, дела обстоят далеко не так хорошо, как кажется постороннему человеку. В Башкирии, когда правил Муртаза Рахимов, делали дороги в районах, открывали школы в деревнях; Рахимов за это даже получил прозвище «Открывашка» – он любил перерезать ленточки чуть ли не на мостах через ручьи. Новый президент Хамидов все закрывает, оставляя учителей и медиков в глубинке без работы.

Расслоение между крупными городами, как Москва и Питер, и провинцией увеличивается с каждым годом: приемлемые зарплаты, качественная медицина и образование доступны сугубо жителю мегаполиса. Я объездил практически всю Россию вдоль и поперек и вижу это своими глазами – власть состояние нашей страны не волнует. Да, тысячи километров автодорог за последние годы отремонтировали, но на экономике регионов это не отражается. Карелия буквально обезлюдела: местные трассы – это десятки и десятки километров в лесной глуши, без фонарей и сотовой связи, даже на федералке «Кола». Карельские водители из-за этого даже не озабочиваются культурой вождения. Есть на границе с Финляндией город – Костомукша, и там вполне серьезное производство – горно-обогатительный комбинат «Карельский окатыш», но… двести километров до «Колы» зимой дальнобойщики едут 6 часов. Дорогу ремонтировать не планируют, ее даже никто не думает чистить – машины идут по снегу, куча аварий.

И дело не в огромных дотациях Крыму и Донбассу – это комплексная деградация государства, где все взаимосвязано: сельское хозяйство, перерабатывающая промышленность, грузоперевозки, отношение чиновников и бизнеса к тому, чем они занимаются. Происходит переливание денег между подрядчиками на любом уровне. И поборы «Платон», которые я ожидал уже за несколько лет до введения, только один из способов получать деньги из воздуха.

У этой страны просто нет никакого будущего. Никакого.

Анатолий – индивидуальный предприниматель, Москва:

Многократные наценки

Работать дальнобойщиком я пошел после службы в погранвойсках – некоторое время занимался лесом в бедной и бандитской глубинке Нижегородской области, но затем подался в грузоперевозки. Так вот, в России абсолютно все товары искусственно дорогие – начиная от еды и заканчивая унитазами. И цена образуется не за счет затрат на производство, а благодаря многоступенчатой системе спевшихся между собой посредников и подрядчиков. Попадая на прилавок в сетевом магазине, а других уже мало, товар в итоге стоит в 3-5 раза больше своей изначальной стоимости! Такие вот дела у нас.

Например, развозил я по Московской области товары для «Пятерочки». После того, как долг компании перед грузоперевозчиками достиг 10 миллионов рублей, и началось «выбивание» своих кровных денег, выяснилась любопытная бухгалтерия. «Пятерочка» для развоза груза из распределительного центра в Москве по районам взяла подрядчика, который через субподрядчиков уже работал с грузоперевозчиками. Посредники получили такую же сумму, как и дальнобойщики или владельцы фур, ничего, кроме изучения объявлений в интернете и телефонных звонков не делая и запутывая финансовые переводы. Да, черт – они же просто «имели» нас!

Арбуз на бахче в Ставрополье стоит 3 рубля за килограмм, а в Москве на оптовой базе его отдают за 13 рублей. В магазинах эту ягоду продают за 15 рублей, а приезжие в палатках – по 25 рублей. После вычета затрат на солярку, посредники по доставке из Ставрополья в столицу имеют с одной фуры шестизначную сумму только за сам факт своего существования и отношения к оптовой базе.

Но взвинченные цены – это не только вина посредников. Крупные производители проводят политику выброса на рынок почти всей продукции по сетевым магазинам. Идиотизм – но сантехника, произведенная в Московской области, бывает дороже, чем иностранная, и что невероятно – но на заводе отпускная цена больше, чем в «Леруа-Мерлен», расположенном через дорогу! Владельцы заводов, нацеленные на быстрое обогащение, даже не думают открывать свои фирменные торговые точки, как делают в Европе. Народ вынуждают переплачивать за все.

Идентичная картина везде. Все перевозится из региона в регион, сортируется и перевозится, постепенно увеличиваясь в стоимости. Но о том, чтобы, к примеру, построить в сельскохозяйственных областях России множество консервных заводов, которые дадут работу людям в провинции – об этом чиновники и бизнес не думают. Главное – срубить денег и перепродать. Зачем на юге, например, делать арбузный сок, штука вкусная, если можно деньгами набивать карманы, ничего не делая?

Дорога на износ: где жить – не знаю

Я работаю с раннего утра и, практически, до десяти вечера: рейс Москва – Питер способен занять, если попаду в капитальную пробку или на трассе аварии, почти двадцать часов. Когда приходит зима с ее гололедом и темнотой, то за день успеваешь увидеть до пяти аварий – водители устают от безумного графика: фуры складываются в кюветах, залетают в ремонтные ограждения, гибнут дальнобойщики, разоряются владельцы фур.

Но грузоперевозки – это одна из немногих отраслей в России, где заработная плата находится между 50 и 100 тысячами рублей, что дает шанс парням из регионов подняться на ноги. Однако обилие большегрузов и падение доходов их хозяев, из-за бесконечных налогов «за воздух», привело к огромной конкуренции – сегодня уже выгоднее привезти за 15 тысяч рублей на грузовой «Газели» из Питера в столицу заказ к подъезду дома, чем управлять многотонной фурой за чуть большую сумму.

В Москве я снимаю трехкомнатную квартиру, на что уходит практически половина заработка, получающегося на взятом в лизинг новеньком грузовике, и еще 30 тысяч уходит на еду. Я сижу за рулем в дранных спортивных штанах, чтобы быстрее отбить деньги. Все – для жены и детей. Если я, не дай бог, попаду в аварию – это станет катастрофой для моей многодетной семьи. Я выкарабкаюсь, как уже не раз делал, но на это уйдет время и деньги. И исключительно в Москве я обеспечу нормальный жизненный старт для детишек: школа в 100 метрах от дома, сын профессионально каратэ занимается, поликлиники хорошие. Но про затраты на приближающиеся вузы уже думать страшно.

За пределами Москвы страна совершенно другая. Посмотрите на Тверскую и Нижегородскую области. Я их проезжаю несколько раз в неделю – это полузаброшенные деревни вдоль федеральной автодороги, руины от домов, заросшие бурьяном поля и плохие дороги. Чем дальше от столицы – тем беднее регионы. В Нижегородской области в моем родном поселке огромная часть жителей – это не местные, а зажиточные дачники, те же москвичи; а ребята, которых я знал со школы, разъехались, кто – куда, не видя перспектив выше зарплаты в 25 тысяч рублей. И это, если пахать как вол на лесозаготовке, а она в промышленных масштабах происходит только зимой. И добротный, старый лес у нас весь уже извели, не посадив взамен новые деревья. Рубят уже тонкие деревья, которые в девяностые тракторами давили, вывозя бревна на пилорамы. В соседней Марийской республике дела обстоят еще хуже – там реальная бедность в селах и городах, и отвратительные дороги. А Путин, уже, сколько лет сидит у власти? И еще намерен, так руководить государством?

Но жить в Москве невыносимо – это нездоровый муравейник. Я уже давно мечтаю как, поставив детей на ноги и дав им образование, купив жилье, уеду в деревню. В свой частный домик, к лесам, в которых провел детство. И есть огромное желание свалить из России, куда подальше – на Запад, но в наши дни везде нарастает хаос и кризис. В США я не хочу – это такая же коррумпированная страна, как и Россия.

Максим Собеский

НОВОСТИ И РЕКЛАМА ПАРТНЕРОВ


«агрузка…






ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ

«Началась паника»: Разведчик сообщил о больших проблемах в «Л/ДНР»

Российская Федерация начала выделять гораздо меньше средств на содержание российско-террористических войск в Донбассе. Генерал-лейтенант, ветеран внешней разведки Василий Богдан прокомментировал информацию от журналиста Юрия Бутусова…



Партия Яценюка “крышует” незаконный табачный бизнес

Представители партии «Народный фронт» являются покровителями компании, выпускающей сигареты с поддельными акцизными марками на Днепропетровщин, передает УКРОП со ссылкой на ПолитНавигатор.  Отмечается, что общество с…




На России возродили карательную психиатрию по лекалам СССР

Госдума приняла во втором чтении законопроект, закрепляющий за прокурорами право обращаться в суд с иском о принудительной госпитализации граждан в психбольницы. Об этом сообщает корреспондент…



Служба безопасности Украины предотвратила теракт в Харькове. ВИДЕО

Сотрудники контрразведки Службы безопасности Украины под процессуальным руководством прокуратуры предотвратили в Харькове террористический акт возле памятного знака воинам УПА. Как пишет УКРОП, об этом сообщает пресс-центр…


Российская традиция пыток: «Клали лицом вниз, били резиновым жгутом и обливали кипятком»

В России издавна практикуют пытки и уничтожение творческих личностей. Когда-то так действовали по отношению к Всеволоду Мейерхолду, а теперь к Олегу Сенцову, пишет УКРОП со…



Желтая карточка ООН

Откровенно говоря, мы до последнего момента не были уверены в том, что США выйдут из совета ООН по правам человека. Все последние десятилетия Штаты ставили…



Балтия: Парадоксы популярной статистики

Отчет «Евростата» по итогам прошлого года об уровне частного потребления на основании паритета покупательской способности озадачил многих из тех, кто следит за динамикой развития стран…


Страховая компания составила список самых опасных для туризма стран

Британская страховая компания Endsleigh составила рейтинг из 10 самых опасных стран для путешествий, передает УКРОП. Эксперты выяснили, что наиболее рискованное для туристических поездок место —…